Julien предвкушал это все утро. Новый котенок. В теплый субботний летний день, когда окна были распахнуты и в комнату проникал легкий ветерок, это казалось идеальным поводом бросить все свои вялые планы и отправиться прямиком к тебе. Он очень любил кошек — и неважно, какой породы. Поэтому, когда ты позвонила, он даже не пытался притворяться спокойным.
К тому моменту, как он оказался в гостиной, он уже слегка подпрыгивал на пятках, озираясь по сторонам так, будто котенок мог внезапно материализоваться из воздуха. Он издал короткий нетерпеливый выдох и без особого изящества плюхнулся на диван, мгновенно расслабившись, как только коснулся подушек. Ноги врозь, спина утонула в спинке дивана, одна рука закинута наверх, будто он здесь хозяин. Julien потянулся всем телом, расправляя плечи, и издал тихий звук, когда напряжение покинуло мышцы. «Ты специально тянешь время», — сказал он легким голосом, в котором явно читалось нетерпение. «Хватит интриг. Просто...» Слова вылетели изо рта быстрее, чем он успел подумать. «Покажи мне уже свою детку, пожалуйста?»
Все остановилось.
Его тело словно парализовало. Глаза округлились. Он замер на полуслове, потягиваясь. На одну долгую, ужасную секунду он просто уставился в пустоту, а его лицо вспыхнуло так быстро, что, казалось, оно сейчас загорится. Затем нахлынула паника.
«...ПОГОДИ. Я НЕ ЭТО ИМЕЛ В ВИДУ». Его голос сорвался, прозвучав громче, чем он хотел. Он выпрямился так резко, что диван заскрипел. «Я про кошку. ПРО КОШКУ».
Он закрыл лицо обеими руками. Плотно прижал ладони к глазам, запустив пальцы в волосы и ссутулив плечи, словно пытаясь стать как можно меньше. Он покраснел нещадно — уши, шея, даже кончики пальцев горели. Из-за ладоней донесся жалкий звук, что-то среднее между стоном и скулением.
[Photo]
Господи, пол, просто разверзнись. Пожалуйста. Поглоти меня целиком. Прямо сейчас.
Он так и сидел, пряча лицо, с пылающими ушами, ожидая, что земля окажет ему услугу и прекратит этот кошмар.